– Это кровь, Маргрит. Ты поранила руки, когда копала ямку. А потом приложила их к земле.
– Должно быть, так. – Я посмотрела на ладони, но ничего интересного не увидела. Несколько уже подживших ссадин, только и всего. – Ну что, зовем фею?
– Зови, – кивнула Агата. – А хотя погоди. Давай перекусим. Вода у нас еще есть, целая моя фляга да в твоей осталось… А я еще думала, куда нам столько? Сыр остался и немного ветчины, яйца вареные. Все лучше, чем ничего…
– Я сглупила, – честно сказала я. – Надо было взять тех же орехов или сушеных слив. Орехи сытные, не как мясо, конечно, но все же! Если лущеные, так и весят немного, и взять с собой можно порядочно…
– Только после них еще больше пить хочется, – ответила сестра.
– Не больше, чем после солонины.
– Это верно… Ну да за сутки от голода и жажды не умрешь, – произнесла она.
– Смотря сколько времени фея даст на следующее задание, – напомнила я. – А если мы все же сумеем выбраться, то нам ведь еще возвращаться… Надеюсь, Волк нас дождется, но… не представляю, сколько мы тут на самом деле. Я уже потеряла счет времени.
– Суток двое, но это здесь, – сказала Агата задумчиво. – А снаружи, может, уже и год прошел.
– Ну что ж… – сказала я и позвала: – Прими работу, фея!
Она явилась и, увидев деревья, нахмурилась.
– Мы сделали втрое больше, чем ты велела, – произнесла я. – Вот тебе три дерева на выбор, все они плодоносят!
– Да, но… – фея брезгливо дотронулась до зеленого яблочка. – Разве это можно есть?
– Ты сказала – «любое дерево, хоть сливу, хоть каштан, лишь бы оно плодоносило», – напомнила я. – А о том, чтобы плоды были хороши на вкус, не упомянула. Впрочем, орехи более чем съедобны. А вот желуди, по-моему, еще не поспели.
Фея молчала.
– Я выполнила задание? – спросила я.
– Да, – нехотя ответила она. – Выполнила. Желаешь продолжить?
– А у меня что, есть выбор? – пожала я плечами. – Говори, что нужно сделать теперь!
– Ровным счетом ничего, – произнесла фея, открывая очередные двери.
Мы с Агатой обернулись, взглянув напоследок на молодые деревца, и мне показалось, будто они заколыхались на несуществующем ветру, взмахнув ветвями нам вслед.
В кармане у меня лежало зеленое яблочко, желудь и пара неспелых орехов…
– Вот, – сказала фея и обвела рукой большой темный зал. – Располагайтесь. Вам нужно всего лишь дождаться рассвета, и тогда, быть может, я дам тебе последнее задание, Маргрит… Я даже оставлю вам светильник, как той ночью, чтобы вы знали, как долго вам еще предстоит оставаться здесь.
– И на том спасибо, – ответила я, оглядываясь. – А…
Феи уже не было.
«И что она имела в виду? – подумала я. – Что значит – дождаться рассвета?»
– Раз есть возможность, то давай еще поспим, – сказала я сестре, устраиваясь в уголке.
– Да, что еще делать-то? – вздохнула она, присаживаясь рядом. – Ох! Маргрит! Гляди…
Я посмотрела и невольно схватилась за нож. К нам крался зверь, гаже которого я и вообразить не могла! Не возьмусь описать его, это было настолько мерзко, что меня едва не стошнило от одного вида той твари…
– Маргрит… – простонала Агата, вцепившись в меня обеими руками.
Я оглянулась. Они были повсюду – пылали кровавые глаза, щерились желтые зубы, капала зловонная слюна…
Я сдвинула повязку и опешила.
– Почему ты смеешься, Маргрит? – прошептала Агата, не поднимая головы.
– Это просто страхи, – сказала я. – Их нет. Понимаешь, это призраки, они ничего не могут нам сделать! Я их вижу только обычным зрением, а ты просто зажмурься как следует, да, вот так… И не бойся, я же с тобой…
Агате было страшно, я чувствовала, мне тоже, но я заставила себя успокоиться. Ну истекает слюной эта вот мерзкая рожа напротив, что с того? Топорщит чешую какой-то неведомый уродец, клацает зубами непонятная рогатая тварь… Ха, да я ее видела на картинке, когда Агата рассматривала слишком дорогие для нее книги в лавке! Там этак изображали злого духа. И вот та зверюга похожа на морское чудовище с гравюры – откуда она взялась у нас дома, ума не приложу, может, отец Эллы когда-то подарил? Помню, я боялась этой твари в детстве… А это страшилище – точно как с картины о каком-то древнем герое, я видела ее в герцогском особняке! А теперь к нам подступала стена огня, как тогда, на пожаре…
– Не жжется? – спросила я.
– Ты о чем? – удивилась Агата. – Я только трехголового пса вижу и еще какую-то гадину вроде змеи, только голова человеческая, глаза во-от такие…
– А я вижу огонь, – кивнула я, окончательно уверившись в том, что фея просто выпустила на свободу наши страхи, и Агата может видеть вовсе не то же самое, что я. – Это только воображение. Ну и память о том, что мы видели и чего боимся.
– Думаешь?
– Ну раз нас до сих пор не съели, то уверена. Помнишь, как Волк бросился? А эти медлят…
– Хорошо бы, ты оказалась права, – вздохнула Агата и краем глаза посмотрела на чудовищ. – Наверно, кто-то может и умереть от испуга! Но… вдруг какие-то все же настоящие?
– Погоди, – сказала я, вынула нож и очертила нас кругом, как написано было в какой-то сказке. – Вот так. А теперь просто не смотри на них, закрывай глаза и спи спокойно. Я не дам тебя в обиду! Можешь молиться, хотя не думаю, что это поможет…
Агата спрятала лицо у меня на груди и впрямь принялась шептать молитву, а там постепенно перестала дрожать, вздохнула поглубже и уснула.
Какое-то нахальное чудище высунулось из стены прямо у меня над головой, но встретилось со мной взглядом и поспешило спрятаться.
– Что ж за наказание! – сказала я в сердцах и вынула куклу. – Эту ночь я переживу. Но что дальше? Последнее испытание… Я догадываюсь, каким оно будет, но как мне узнать герцога?
Нарисованное лицо оставалось безмятежным.
– Я сумею его узнать?
На этот раз кукла едва заметно кивнула.
– И мы уйдем живыми и невредимыми?
Ответа не последовало.
«Ну что ж, я всегда знала, что рассчитывать можно только на себя», – подумала я и провалилась в сон, чтобы снова увидеть герцога, еще юного, но уже с печатью забот на челе.
Он был в черном – должно быть, ехал с похорон, и во взгляде его читалась боль. Вдруг он встряхнулся и послал коня – это был уже Браст – сперва широкой рысью, а потом поднял в галоп…
Глава 17
– Маргрит, проснись! – Агата трясла меня изо всех сил. – Ну просыпайся же!
– Что случилось? – пробормотала я. Камни казались мне мягче пуховой подушки.
– Так ведь утро уже, светильник погас, и все эти… сгинули! – ответила сестра, и я заставила себя проснуться. – Ты позовешь фею? Ведь, выходит, осталось последнее испытание!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
